Le Monde (Франция): Европа учится быть тем, чем не является: политической державой

Гениальный промоутер Дональд Трамп недавно записал на свой счет небывалое дипломатическое достижение, редкостный «кастинг». Разве кто-то мог представить себе такой спектакль: европейцы вместе с Ираном против США? Тем не менее все именно так. В нынешнем конфликте Вашингтона с Тегераном ЕС пытается защитить Исламскую Республику от американских санкций. Европейская экономическая держава учится быть тем, чем не является: политической державой.

Можно сказать, что Европа уже не в первый раз демонстрирует разногласия с дипломатией Трампа. Страны ЕС (в том числе Великобритания) категорически не согласны с США по Ближнему Востоку, по вопросам борьбы с потеплением климата и по иранской ядерной программе. Как бы то ни было, на этот раз Европа проявляет единство и действует. Она стремится нейтрализовать американскую политику, переходит от слов к делу и очерчивает планы против Америки.

Недавно европейцы запустили бартерный механизм INSTEX, который должен позволить предприятиям из ЕС продолжить торговать с Ираном в обход американских санкций. INSTEX стал первым шагом в борьбе с экстравагантной и неумеренной привилегией, которую предоставляют себе США: речь идет об экстратерриториальности американского права. Именно на него опирается экономическое эмбарго, с помощью которого Вашингтон пытается задушить иранцев с 2018 года.

В прошлом году Дональд Трамп вышел из соглашения по контролю над иранской ядерной программой, который был подписан в 2015 году США, Китаем, Францией, Великобританией, Россией и Германией (к ним также присоединился ЕС). С помощью обновления и усиления санкций президент США хочет заставить Иран заключить новый договор, который будет касаться не только ядерных технологий, но и баллистических ракет Тегерана и его региональной политики.

Можно сказать, что в настоящий момент INSTEX является в большей степени символическим инструментом. Ни одна крупная компания не будет пытаться обойти эмбарго с риском потерять американский рынок.

Китай и Россия, главные союзники Исламской Республики, ведут себя таким же образом. Пекин провозгласил намерение продолжить закупки иранской нефти, но крупные китайские предприятия ушли из страны вместе с западными сразу же после объявления американских санкций. Наконец, Россия, экспортер углеводородов, не считает трагедией рост цен в связи с американским эмбарго…

КонтекстLe Figaro: «Если Европа не объединится, то закончит как Древняя Греция»Le Figaro03.07.2019«Богатая» и «бедная» Европа не уживутся в ЕСИноСМИ27.05.2019SvD: «Европа не может рассчитывать, что США защитят ее от Путина»Svenska Dagbladet04.05.2019Нас же в первую очередь интересует то, как следует рассматривать реакцию Европы. INSTEX, возможно, является значимой датой, моментом, когда ЕС начинает видеть мир в истинном свете, пробуждаться и формировать стратегическую автономию. Вся эта ситуация может вызывать как оптимизм, так и скептицизм.

Окружение Европы еще никогда не было таким враждебным, как сейчас. Дональд Трамп называет ЕС «экономическим врагом», а европейским «союзникам» не на что рассчитывать: понятие альянса чуждо ему. Россия в свою очередь стремится навредить Европе как воплощению «либеральной идеи», которую одновременно боится и презирает президент Путин. Наконец, Китай вытесняет тут и там Европу, не интересуясь мнением Брюсселя.

Если противостояние способствует развитию, то для ЕС созданы все условия. Его может ждать «голлистский момент», пишет политолог Заки Лаиди из Парижского института политических исследований. В своем эссе он описывает «момент, когда сформированный под защитой НАТО ЕС видит, что предоставленная США защита становится как никогда ненадежной, как и предвидел генерал де Голль.

Может ли Европа в своих текущих границах, с 28 или 27 членами, перейти от рынка к политике, от экономики к стратегии, от торговли к обороне? Этот вопрос стал одним их центральных на четвертых Геополитических встречах в Трувийе с 29 по 30 июня. Простого ответа нет. Тем более что, как пишет в своей статье Лаиди, европейский проект формировался против идеи силы. ЕС долгое время поддерживал иллюзию мирового порядка, который должен был выстраиваться в атмосфере многополярности после холодной войны на тех же основах, что и он сам: на нормах, а не грубой силе. Какая наивность.

Мир Дональда Трампа, Владимира Путина и Си Цзиньпина основан на «сделках», то есть не на нормах, а на постоянном торге в зависимости от соотношения сил.

INSTEX в первую очередь становится ударом по доллару как резервной валюте и привилегированному инструменту внешней торговли. Евро, который стал началом валютного суверенитета, еще предстоит пройти долгий путь. Нормативная сила ЕС уже записала на свой счет ряд достижений, таких как закон о защите персональных данных. Торговая сила ЕС не дает президенту Бразилии Жаиру Болсонару выйти из парижского соглашения по климату, если он не хочет, чтобы страна лишилась привилегированного доступа к европейскому рынку. Что касается Китая, ЕС признает, что ему нужна промышленная политика и средство контроля над иностранными инвестициями. Все это — шаги в верном направлении.

Как бы то ни было, превращение ЕС в настоящее политико-дипломатическое образование предполагает общие представления о мире, таком каким он должен стать, желание совместно повлиять на нынешние трагедии. Но, если судить по миграционному кризису 2015 года, все это, как минимум, вызывает скепсис.

Источник: inosmi.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.